Главная \ Музей

Статьи

Влияние изучения  Христианских традиций русского флота на духовно-нравственное воспитание школьников скачать


 

 День Памяти жертв политических репрессий "Одна смерть – трагедия. Миллион смертей – статистика."

 

    Нашу семью это не задело. Наверное, родителям моих родителей просто повезло. Не потому, что они были военными, совсем нет. Ведь тогда это могло свалиться на любого, даже на служащего на благо родины и своей страны.

   Чего люди боятся сейчас? Задерживают зарплату, поднимают цены на бензин, что еще? А вы знаете, что можно боятся своей собственной страны? Боятся предательства родины? Боятся того, что вы когда-то любили? Боятся того, кому вы верили?

   "У нас нет пленных, у нас есть только предатели", 70 лет назад сказал Сталин, и выдвинул смелый девиз: на борьбу с "врагами народа"! И это началось. Сейчас мы называем те времена "временем политических репрессий". Но, в самом деле, что такое репрессия? Это когда власть карает за какие-то действия против нее. Да разве помышляли инженеры, партийцы, военные, поэты, артисты о "действиях против власти"? Разве сидели они в своих квартирах и коварно продумывали план отравления Сталина или писали шифровки для японской разведки?

   Нет. Но они умирали. Умирали в лагерях, спецпоселениях, за заборами с колючей проволкой. Умирали тысячами, миллионами. Всего за два года Большого террора за "контрреволюционные преступления" осудили более полутора миллиона человек, больше половины из них были расстреляны. Официальные цифры были подсчитаны с точностью до одного человека – а как? Ведь куда больше было тех, кто просто пропал. По элементарному доносу - исчез навсегда. Немногие из детей репрессированных сейчас знают, где похоронены их отцы и матери.

   "Смерть одного – трагедия, смерть миллионов – статистика", сказал Сталин.

 

   Казалось бы – как можно не заметить эту чудовищную "статистику"? Как можно не заметить истребление коммунистами своего собственного народа? Где были очевидцы,  журналисты, вечное людское любопытство, в конце концов? Жестокое – не спорю – нападение на Южную Осетию все дружно обозвали геноцидом, и оно еще долго не исчезало с заголовков всех газет мира. А расстрел миллионов человек и щедрое пополнение тюремных списков Соловков и Колымы никто не заметил. Ведь Сталин взял страну с тяпкой и лопатой, а в 1953 году она уже была с атомной бомбой. Огромный военный потенциал и готовые отдать жизнь за идею люди – Сталина боялись, боялся весь мир. Осужденные, заключенные, их родственники – все они верили, что бесчинства и убийства творятся за спиной вождя. Они воспитывались вне религии, и все, во что они могли верить, была идея. И люди гибли за идею, самоотверженно и смело, гибли "За Родину! За Сталина!".

   И как же умудряются люди не замечать вещей, которых они не хотят видеть! Как будто от этого они исчезнут.

   "Одним страхом нельзя удержать власть. Ложь оказалась не менее необходимой", продолжал товарищ Сталин.

 

   Лгали все. Любой чиновник, мало-мальски относящийся к государственной власти, лгал. Можно ли поверить в вину любого, оклеветанного соседской анонимкой? Поверить в выпытанные у задержанных подписи под абсурдными обвинениями? Поверить в дела толщиной не более одного листка? Закрыть глаза, забыть. Сделать вид, что кто-кто, а уж я то тут совсем не причем. Это другие обвиняют и убивают, я только верю Сталину. Он не может лгать. Он – коммунист. А коммунизм – это счастье для всех. А кому-то просто не повезло…

   "Когда я умру, на мою могилу нанесут много мусора, но ветер времени безжалостно сметет его", пророчествовал Сталин. А как же он оказался прав! Ведь сейчас Сталина и "Именем России" выберем, и пример с него возьмем, как страной управлять. Россию то в ежовых рукавицах держать надо! Может, это верно – политика Сталина, видимо, действительно была необходима стране?..

   Что заставило меня задуматься об этом? Ведь День памяти жертвам политических репрессий прошел почти месяц назад. У нас в городе его провели Королевское управление социальной защиты населения и Общество памяти жертв политических репрессий в школе № 16. Провели спокойно: были и стихи, и песни, и проникновенные голоса школьников. Туда пришли те, кто помнят страшные времена. Послушать, посмотреть, поговорить. Побыть вместе. Утонуть в тяжелых воспоминаниях, справиться с ними, смириться  с прошлым, а потом снова жить дальше.

   Многомесячные тюремные очереди, тесные комнатушки, духота и отчаянье, пропитавшее воздух. Оцепенение. Неверие в то, что случилось. И, конечно, вера в лучшее. Тихая, забитая надежда. Она, как известно, умирает последней. Предварительно убив всех остальных. Можно ли не потерять блеск в глазах и желание продолжать жить? Видимо, можно. Наверное, нам не понять этого. Люди всегда, до самого последнего момента, не верят, что что-то плохое может случиться именно с ними. Мы можем читать, слушать, делать попытки проникнуться этим и клясться, что это никогда и ни за что не повториться. Мы можем даже искренне верить в это.

   Но мы то знаем! Знаем правду! Знаем, как оно бывает и готовы на все, лишь бы этот террор, эти репрессии, это самодурство власти не повторилось снова! В этом мире лжи и лицемерия уже так трудно кого-нибудь обмануть. Мы хотим верить, что нас обмануть не удастся.

    Здесь, наверное, стоит закончить. А закончить мне хочется словами Бернарда Шоу: "Теперь, когда мы умеем летать по небу, как птицы, плавать по воде, как рыбы, нам осталось одно - научиться жить на земле, как люди".

  

Вместе не тяжело

  

   28 октября Королевское управление социальной защиты населения и Общество памяти жертв политических репрессий провели в школе №16 День памяти. За двадцать минут столовая школы наполнилась людьми, прошедшими через времена сталинского террора, потерявшими своих отцов и матерей.

   Школьники встретили гостей приветственной речью, небольшим концертом и накрыли стол. Ребята читали стихи, пели песни,  приводили страшные факты, кровавые цифры. Они рассказывали о событиях, произошедших десятки лет назад, и чувствовалась эта таинственная, тонкая связь – связь поколений. Поколений, принявших грехи своих предшественников, обязанных исправить их. Настроения трагедии, однако, не создавалось. Скорее, теплая, дружеская встреча людей, способных разделить друг с другом тяжелые воспоминания. И нынешнее поколение, возможно, не до конца понимающее их, но желающее знать правду и способное сделать все возможное, чтобы никогда не повторились те ужасные страницы российской истории.

   Шестьдесят человек пришло на встречу. Шестьдесят жизней, тесно переплетенных с лживыми обвинениями, болью и бесконечным страхом. Шестьдесят невинных, искалеченных судеб. Что может стоить такую цену? Только власть. Власть, безграничная, упоительная, власть, ощущающая себя властью лишь при помощи тупого насилия. Власть - это слово, словно кровавой плетью, хлестнуло тогда по людям.

   На борьбу с "врагами народа"! Ровно 70 лет назад – в 1937 году – вышел приказ, положивший начало тем ужасным событиям, которые сейчас мы называем Большим террором.

   Годы Большого террора унесли неизвестное до сего времени количество жизней. Официально опубликованы итоги этой "кампании": 1 344 923 арестованных, 681 62 расстрелянных. В сталинские годы было репрессировано около 60 народов. Это женщины и дети до 16 лет. Не щадили никого.

   Реабилитация жертв политических репрессий началась в СССР в 1954 году. В середине 1960-х эта работа была свернута и возобновилась лишь в конце 1980-х годов.

  18 октября 1991 года был принят Закон РСФСР "О реабилитации жертв политических репрессий". Целью закона является реабилитация всех жертв политических репрессий, подвергнутых таковым на территории РСФСР с 25 октября (7 ноября) 1917 года, восстановление их в гражданских правах, устранение иных последствий произвола и обеспечение компенсации материального и морального ущерба.

   В 1992 году была создана Комиссия при Президенте по реабилитации жертв политических репрессий, а 14 марта 1996 года вышел Указ Президента РФ "О мерах по реабилитации священнослужителей и верующих, ставших жертвами необоснованных репрессий".

   30 октября выбрано президентом РФ как День жертв политических репрессий не случайно: за 19 лет до него этот день был выбран, если угодно, Богом. В этот день в 1972 году в мордовском лагере умер Юрий Галансков, получивший срок за свой протест против лишения свободы Синявского и Даниэля – писателей, осужденных за опубликование своих рассказов за рубежом. Этот день памяти чаще всего связывают со временем сталинского правления, потому что именно при нем политические аресты приняли поистине колоссальный  размах.

   Казалось бы, защитное свойство человеческой памяти: мы стремимся как можно быстрее забыть неприятные или тяжелые события нашей жизни, выбросить их из памяти. Но люди, которые знают и помнят, как оно было на самом деле, собираются каждый год и вспоминают. Вспоминают – зачем? Собираются – почему? Потому что боль этих страшных событий прошлого  невозможно забыть. Потому что вместе не тяжело.

   После выступления школьников один из участников встречи сказал:

- Очень приятно было слушать ребят, которые так неравнодушно относятся к этим событиям, так называемым "репрессиям". Они оценили, почувствовали, называли цифры. Хотя, конечно, разве можно точно сказать, сколько людей в те времена сгинуло в безызвестности? Например, Александр Яковлев, который был председателем Комиссии при президенте РФ по реабилитации жертв политических репрессий, назвал поистине ужасающую цифру – 13 миллионов репрессированных! Четыре миллиона человек Комитет тогда реабилитировал. Сейчас эти цифры оспариваются. Мол, все это частности, да ошибки, и не трагедия это вовсе была. Знаете, я ведь недавно получил дело моего отца! И если меня спросят, за что его тогда расстреляли, я не смогу сказать вам. Это знаменитая пятьдесят восьмая статья, и какие только грехи она в себя не включала – и покушение на жизнь Сталина, и связь с японской разведкой… когда я читал это дело, я ощущал такую тоску от ужасающей  абсурдности этих обвинений, из-за которых погиб мой отец…

   "Абсурдность обвинений" не волновала тогда никого: ведь вершилось сталинское правосудие. В НКВД началось своеобразное соревнование: кто больше выследит и арестует "врагов народа". По анонимке соседа можно было исчезнуть навсегда. И никто бы не поинтересовался. Клеймо "враг народа" пугало всех. Страх… все держалось на страхе. Письма арестованных родных после прочтения сжигались: переписка с "врагом народа". Суд превратился в фарс, в театральную поставку, где все роли расписаны наперед: обвиняемые дружно признавались в совершенных преступлениях, ведь за это власти обещали сохранить жизнь им и их близким. Многочасовые допросы, угрозы, пытки – эти главные орудия контроля тоталитарного режима были в ходу. Тысячи сгинувших в лагерях, единицы выживших. Но куда больше было тех, кто просто пропал. Без вести. Вы знаете, что стало с ними? Расстреляны, замучены до смерти. За что? Ведь большинство из них верили в "страну победившего социализма", считали, что все бесчинства творятся за спиной вождя! Шли  в атаку во время Великой Отечественной войны с криком: "За Родину! За Сталина!" Они верили, что Сталин не знал…

    Лишь немногие прошли через многолетние муки и издевательства, через каторжный труд, лишения, боль и страх, дождались возвращения в семьи и восстановления честного имени. Но можно ли забыть все это? Избавиться от запаха тюремной гнили? Снова простить, снова довериться, довериться власти? Как мне показалось, эти люди смогли. Но с каждым годом их, выживших, победивших, остается все меньше.

   На встречу пришли дети репрессированных, потерявших отцов и матерей в бесконечном водовороте беспредела и лжи. Они пострадали тоже: по распространенному тогда обвинению "член семьи врага народа". Лишенные имущества и прав, они мотались по лагерям и охраняемым спецпоселениям. Кто-то годы проводил в тюремных очередях, в окружении таких же отчаявшихся и запуганных людей, потерявших близких. А потом большинство из них не знало, в какие дали занесло их родителей сталинское правосудие. И они искали. Искали могилы родных. Привозили земли родной на те страшные места, на заброшенные кладбища. Но это была цена, которую Сталин заплатил, не раздумывая. Заплатил, за становления порядка в тогдашнем СССР. Можно ли сказать, что эти огромные жертвы оправданы высшими государственными целями? Можно ли называть Сталина "великим государственным лидером", "именем России", примером того, "как надо управлять страной"? Он заставил Европу считаться с Россией, он взял страну с деревянной мотыгой, а через двадцать лет она уже была с атомной бомбой. Действительно ли, что нашей стране требуется "твердая рука", постоянный контроль, "ежовые рукавицы"? Можем ли мы, не жившие в то время, судить его? Мы знаем лишь, что из-за собственного страха перед заговорами он уничтожил миллионы человек и искалечил жизни десятков миллионов. 

   В заключение Зоя Борисовна Смирнова, заместитель директора по воспитательной работе школы и один из организаторов встречи, сказала:

   - Это та часть нашего прошлого, которое мы знаем очень неподробно. Такие встречи, дни памяти, дают нам возможность окунуться в историю и усомниться в том, что то, на чем нас воспитывали, было единственной правдой. Например, мое поколение все-таки воспитывалось на советских, коммунистических идеалах, но, оказывается, история-то, она не такая! И во время подобных встреч ты задумываешься о том, как и почему происходят некоторые исторические процессы, и почему именно так, а не иначе. Если мы воспитывались вне религии, то теперь я, например, начинаю понимать, почему у нас культивировалось не православие, а совершенно другие идеалы. Тем не менее я нисколько не жалею, что у меня были пионерское детство и комсомольская юность, и  не считаю, что какая-то часть моей жизни прожита зря. Но, безусловно, на историю теперь смотришь новыми глазами, потому что такие ужасающие факты нельзя оставлять без внимания. Мы, наше поколение, хотим знать правду, и должны  сделать  все, чтобы трагедия не повторилась никогда.

Кудрявцева Екатерина